г. Волгоград, ул. Маршала Еременко, 68
тел/факс.: 7 (8442) 72-48-65

 

Слово на линии огня

Плакат-воззвание городского комитета обороны
кликните для просмотра
Плакат-воззвание городского комитета обороны

«В дни героической обороны Сталинграда большую работу по мобилизации масс на победоносный отпор врагу провела печать города…»

Эту высокую оценку сохранил для истории один из протоколов заседаний бюро Сталинградского обкома, датированный  апрелем 1943 года. 66 лет спустя сухие протокольные строки, словно ожили, наполнились плотью и кровью, благодаря рассказам очевидцев сражения на Волге о том, какими путями доходило  печатное слово до жителей охваченного огнем Сталинграда. Эти воспоминания стали ответом на прозвучавшую со страниц «Волгоградской правды» просьбу работников  «Союзпечати» помочь им в восстановлении истории распространения печатных изданий в нашей области во время войны.

     Большинство откликнувшихся, по понятным причинам, принадлежат к той возрастной группе, представителей которой сегодня называют детьми военного Сталинграда. Газеты и журналы входили в их жизнь вместе с радостью от прогулок по городу, где чуть ли не на каждом оживленном углу встречался пестрящий обложками киоск «Союзпечати». Номера «Правды», «Комсомолки», «Сталинградской правды» день за днем вынимались из почтовых ящиков, мелькали в руках взрослых. Но главным информационным окном в мир было в те годы радио – черные тарелки репродукторов. Именно эти репродукторы и принесли однажды страшную весть о начале войны, именно около них стал собираться народ, чтобы услышать очередную сводку «В последний час». Детская память навсегда сохранила эту картину: опущенные головы, сжатые кулаки горожан, расходящихся после сообщений о сдаче врагу очередных советских городов и сел. А потом радио и вовсе замолчало. В августе 42-го основным, а порой и единственным информатором о положении дел на фронте и в тылу стало для сталинградцев печатное слово.

Когда замолчало радио

Баркас «Наблюдатель» на переправах Сталинграда обеспечивал переброску войск и стратегических грузов, в том числе, почтовой корреспонденции и прессы
кликните для просмотра
Баркас «Наблюдатель» на переправах Сталинграда обеспечивал переброску войск и стратегических грузов, в том числе, почтовой корреспонденции и прессы
В охваченном битвой городе, везде, где только было возможно - на чудом сохранившихся заборах, на дверях уцелевших зданий - регулярно появлялись листовки, эти самые массовые и оперативные оповещатели населения.
- Листовки прочитывались мгновенно, - вспоминает бывшая юная сталинградка Изабелла Михайловна Сурова, - их содержание пересказывали друг другу. Со слов взрослых мы знали, что когда линия фронта приблизилась к городу и слилась с ним, обязанность распространять «Сталинградскую правду» и листовки возложили на работников уже не функционировавшего главпочтамта. И они, в большинстве своем женщины, с риском для жизни выполняли данное поручение, чтобы не распространялись среди населения непроверенные слухи, чтобы люди знали: битва за город продолжается, и вся страна с надеждой следит за ее исходом.
Делясь своими воспоминаниями, дети войны опасались, что память, возможно, подводит их, что достоверность сведений более чем шестидесятилетней давности не может быть стопроцентной. Однако неожиданно подтверждения их слов находились и в архивных документах, и в напечатанных мемуарах очевидцев тех событий. Одним из таких авторитетных свидетельств оказалась книга «Связисты в годы Великой Отечественной», хранящаяся в фондах музея-заповедника «Оборона Сталинграда». Автор книги маршал И. Т. Пересыпкин, в военные  годы начальник Главного управления связи Красной Армии, в ведении которого находилась и деятельность распространителей печати, так характеризует работу почтовых работников Сталинграда: «Не смотря на непрерывные бомбежки, артобстрелы, пожары и разрушения, городская почтовая контора и отделения связи продолжали обслуживать партийные и советские организации, предприятия и учреждения, воинские части и население. Почтовая корреспонденция и газеты доставлялись в уцелевшие дома, бомбоубежища, подвалы и щели, где укрывалось население. Почтальоны Коновалова, Мельникова, Овчинникова и многие другие, глубоко понимая важность порученного им дела, мужественно разносили письма, «Сталинградскую правду» и другие газеты».
Самоотверженно трудились и работники военной почты.  В доказательство этого  И.Т. Пересыпкин приводит множество примеров. Вот только два из них. В обязанности почтальона военно-почтовой станции рядового В. Климова входили ежедневные переправы на левый берег Волги.  Однажды во время вражеской бомбежки катер получил серьезные повреждения. Раненный в руку Климов бросился в воду вместе с почтой, лежавшей в вещевом мешке. Добравшись до берега, перевязал рану и, преодолев путь в 20 километров, доставил груз к месту назначения. Его коллега С. Пшеничников обслуживал блиндажи командного пункта, скрытые в крутых береговых скатах. В момент его очередного появления на берегу, фашистская бомба угодила в близко стоявший нефтяной бак. Загоревшаяся нефть хлынула вниз. В таких условиях почтальон первым делом стал спасать корреспонденцию, а потом уже начал гасить загоревшуюся на нем одежду.
Поручение доставлять читателям «Сталинградскую правду» и другие газеты выполняли в это время не только сотрудники почтовой службы, но и остававшиеся в тылу члены многочисленных парторганизаций области. Одним из таких распространителей газет был и  Георгий Федорович Марченковский, ныне 93- летний пенсионер завода «Красный Октябрь», орденоносец, бывший начальник мартеновского цеха. Когда война пришла в цеха завода, и производство остановилось, Марченковского  откомандировали  в Урюпинск. Там, по заданию политотдела района,  он курировал шесть дальних колхозов – днями и ночами колесил по степи на телеге, загруженной свежими номерами газет. Ну а пока фронт еще не приблизился вплотную к мартенам, и  заводчане буквально жили в цехах, засыпая в часы недолгого отдыха тут же, недалеко от рабочих мест, все новости они узнавали из газет и сводок, регулярно появлявшихся на специально оборудованных витринах.
- Такие витрины соорудили с наступлением войны во всех цехах, на всех проходных завода, - рассказывает Георгий Федорович. – Подписку лимитировали, и вывешиваемые на всеобщее обозрение газеты  и сводки Совинформбюро становились основными источниками новостей.
- Я каждый день бегал к проходным завода, чтобы узнать о положении дел на фронте, вспоминает бывший краснооктябрьский мальчишка Виктор Иванович Быченко. – Там висела большая карта-схема, на которой флажками и стрелками были обозначены линии отступлений и направления контрударов.  А по соседству привлекал всеобщее внимание стенд с увеличенными копиями карикатур Кукрыниксов.

Танк, с газетой на броне      
Вообще, газетным витринам, своевременному вывешиванию на них свежих газет и сводок с самого начала войны уделялось повышенное внимание, а в обстановке приближения фронта к районам  Сталинградской области обком держал их состояние на особом  контроле. Эти сооружения очень скоро вернулись на улицы города  после его освобождения. Процесс восстановления всех 380 городских газетных витрин намечено было завершить в январе 1944 года.             
Часто информационные витрины возникали стихийно, в ходе самого процесса  распространения газет.  Редактор ополченской газеты «За Родину!», органа Городского Комитета обороны, Г.К.Кривобок в своих мемуарах «И слово – боец» вспоминает:
- Трудно было во фронтовых условиях выпускать газету, но с не меньшими испытаниями  приходилось доставлять ее читателям. И тут нашими добровольными и надежными помощниками становились мальчишки. Помню, как на пороге редакции появились однажды Коля Моисеев и Леня Ерков: «Прибыли в ваше распоряжение. Хотим доставлять в окопы «За Родину!»».  С пачкой свежеотпечатанных номеров на попутных грузовиках, груженных снарядами, а то и пешком, совершали они свои опасные рейсы на передовую. Когда же невозможно было добраться в районы боевых действий, мальчишки наклеивали газеты на броню танков, на вагоны отходящих к фронту поездов. Так возникали наши импровизированные «газетные витрины».

Листовки к бою!     

Листовка Германского командования. Выдать желаемое за действительное – провокационный прием фашистской пропаганды, действенность которого возрастает в случае отсутствия информации о реальном положении на фронте
кликните для просмотра
Листовка Германского командования. Выдать желаемое за действительное – провокационный прием фашистской пропаганды, действенность которого возрастает в случае отсутствия информации о реальном положении на фронте
Штатными же распространителями и боевого органа  строителей оборонительных обводов города, и многотысячных тиражей плакатов и листовок, выпускаемых областным книгоиздательством с июля 1941-го, являлись, по сведениям Г.К. Кривобока, партийные и советские работники, члены лекторских групп и почти всего пятитысячного отряда агитаторов области. Многие из этих людей так и не вернулись из рейдов по донским и приволжским степям. Руководитель агитколлектива В. Журавлев, агитатор И. Скребцов, лектор В. Павленко, военкор Е. Анохин погибли при исполнении своих обязанностей, неся слово правды на передний край Сталинградского укрепрайона. А слова этого очень ждали и на рубежах укреплений, и в окопах, на которые сыпались из вражеских самолетов не только снаряды, но и листовки с провокационными текстами: «Сдавайтесь! Сталинград уже захвачен войсками фюрера!», и в отдаленных хуторах, и в военных госпиталях.
- Мама работала в госпитале, - продолжает свой рассказ Изабелла Михайловна Сурова, - и большую часть времени я тоже проводила там. У нас, детей, была обязанность разносить раненым прибывающие с почтой письма, газеты и журналы. Самой большой популярностью у бойцов пользовался «Крокодил». Его зачитывали так, что он распадался на страницы. Но и эти клочки бумаги еще долго путешествовали по палатам».
- Наступившая война сразу изменила облик Сталинграда, - делится своими детскими впечатлениями Светлана Игнатьевна Кремнева. – Разрушений еще не было в помине,
Рукописная листовка, выпущенная на Сталинградской передовой в день свершившегося подвига
кликните для просмотра
Рукописная листовка, выпущенная на Сталинградской передовой в день свершившегося подвига
а город уже казался посуровевшим. Повсюду появились плакаты «Отстоим Волгу-Матушку!», «Вступай в народное ополчение», «Как организовать противовоздушную защиту». Надежду в наши сердца вселяли патриотические плакаты-напоминания о прошлых великих победах – Ледовом побоище, разгроме Наполеона. А о подвигах наших современников  - Зои Космодемьянской, Александра Матросова, других героев войны мы узнавали из листовок. Листовки тогда прочно вошли в нашу жизнь.
- После разгрома фашистов, зимой 43-го,  листовки стали разбрасывать с самолетов, - добавляет Людмила Николаевна Куницына, - из них мы узнавали не только новости фронта и тыла. Они познакомили нас и со многими литературными произведениями тех лет. Знаменитое симоновское «Жди меня» я впервые увидела отпечатанным на голубоватой бумаге такой листовки. И еще стихи Фрадкина о Сталинграде, ставшие впоследствии песней: «Стоит над рекой Сталинград величавый, на поле победы, как воин, стоит. Восходит над ним богатырская слава, и русская песня над Волгой звенит».
- Да и о том, что битва завершилась победой советских войск, многие жители отдаленных уголков области узнали, надо думать, из таких листовок, - предполагает Надежда Ивановна Оганезова. – Тем, кто оставался в городе, узнать об этом было проще. В наших землянках, наполненных неумолкаемым громом канонады, в какой-то момент вдруг наступила оглушительная тишина, а потом на пороге появились улыбающиеся красноармейцы. Они угощали нас хлебом, который так застыл на сорокаградусном морозе, что его приходилось рубить топором. Но, все равно, ничего вкуснее я, кажется, никогда не ела. Это были незабываемые ощущения: мороз, аромат солдатского хлеба и голубые листовки: «Товарищи! Враг разбит! Победа за нами!».
- Сразу после освобождения в Сталинграде стали открываться школы. Очень оперативно тогда позаботились о доставке школьникам учебников, - вспоминает Виктор Степанович Нелюбов. -  Правда, писали мы еще очень долго на газетах,  вместо тетрадей. Так что без участия распространителей газет не обошелся и процесс возвращения ребятишек к учебе.

«Сталинград на связи…»
Мемориальная доска, установленная на Доме связи в сентябре 1968 г.
кликните для просмотра
Мемориальная доска, установленная на Доме связи в сентябре 1968 г.
Понятно, что и весь процесс возвращения города к тыловой жизни невозможно было  осуществлять без налаженного почтового сообщения. По свидетельству начальника Сталинградского областного Управления связи Л.Ф. Самсонова, едва сотрудники  телеграфа, вернувшегося 15 февраля 1943 года из эвакуации, восстановили связь,  на них сразу же обрушился поток срочных телеграмм и шифровок из Москвы. Сталинградский телеграф заработал, чтобы уже ни на минуту не прерывать свою деятельность, не смотря на все тяготы военного времени.
Кстати, за время войны из предприятий связи области ушли на фронт четыре с половиной тысячи специалистов. На смену им приходили женщины, пенсионеры, подростки. Но коллектив сталинградских почтовиков, по оценке Главного управления связи Красной Армии, «всегда отличался большой работоспособностью и высокими трудовыми показателями». Самоотверженный труд тех, кто в дни битвы выполнял обязанности телеграфистов и телефонистов, радистов и линейщиков, работников почтовой связи и распространителей печати не остался незамеченным. 57 представителей коллектива были награждены орденами и медалями Советского Союза, 300 – медалью «За оборону Сталинграда».
В 1968-м, юбилейном для героической победы на Волге году, было принято решение установить на Доме связи мемориальную доску. Текст ее гласит: «Связисты Сталинградской области в период Великой отечественной войны проявили мужество и героизм, обеспечивая всеми видами связи Сталинградский, Донской, Юго-Западный фронты. Самоотверженным трудом они способствовали разгрому немецко-фашистских войск под Сталинградом».

Ирина ВОЛОДИНА

«Волгоградская правда», 05.05.09

© 2008—2009 ОАО «Союзпечать»
тел/факс.: 7 (8442) 72-48-65
Создание и продвижение сайта — Центр АйТи